Фокусник

Во время войны хлебные шарики спасли папе жизнь

Мой отец, Василий Иванович Никитинский, никогда ничего мне не рассказывал о своем участии в Великой Отечественной войне. Должно быть, они говорили об этом между собой — что-то из другой комнаты краем уха я слышал: друзей и коллег-фронтовиков у него было много, и они выпивали.

Перед самой войной он поступил на юрфак МГУ, хотя в школе мечтал стать артистом. В конце концов, папа оказался доктором наук в довольно скучной, на мой взгляд, юриспруденции, но и о мечте своего детства тоже иногда вспоминал. А собираясь в артисты, он еще до войны научился здорово показывать фокусы с хлебными шариками.

Один раз отец показывал эти фокусы моим одноклассникам, а потом, когда дети ушли, рассказал мне, что во время войны они, фокусы, спасли ему жизнь.

Василий Иванович Никитинский

Папу призвали осенью 41-го года в Монголию, где СССР всю войну держал группу войск на случай начала активных боевых действий против Японии. В концы концов, это и случилось, но предшествующие четыре года, насколько я понял (мне было лет двенадцать, когда я впервые услышал от отца о Монголии), их там не очень кормили, и бойцы, кто ничего не мог сам себе добыть, просто лежали на койках, встать уже не могли, умирая от дистрофии. А папе для фокусов с шариками выдавали лишнюю пайку хлеба, и он ее после выступлений, наверное, съедал.

Единственное, что я понял тогда разумом ребенка: если бы папу призвали на другой фронт, у меня было бы еще меньше шансов родиться. Но сколько потом я ни пытался добиться подробностей, он ничего не хотел вспоминать. Там гордиться было особенно нечем, он и не гордился — для гордости у него были другие поводы.

Поделиться

© Новая газета, 2016.
Все права защищены