Сталинград

Вернувшись с фронта после трех ранений, дедушка женился на враче

Не знаю, сколько человек убил мой дед. Наверное, он тоже не знал. Вспоминал он только про одного, первого, которого  убил в 19 лет.
Это было в третий — для дедушки — день войны, в Сталинграде. Его взвод, которым он командовал, захватил  пустую школу. Дедушка поднялся на второй этаж, забежал в пустой класс, распахнул окно, высунулся проверить, нет ли внизу людей. И услышал шум открывающейся двери.

Кажется, немец тоже не думал встретить кого-либо наверху. Дедушка увидел, как он судорожно сдергивает автомат с плеча и поднимает перед собой. Автомат дедушки был на взводе. Он попал. Автоматная очередь немца просвистела в нескольких сантиметрах справа. Рассказывая об этом, дедушка словно извинялся за свою меткость: «Я ведь стоял, а немец стрелял на бегу».

Дедушка помнил, что немец падал как будто медленно, глядя на него. Взгляд был не злой, а какой-то удивленный.

Мой дедушка Евгений Серяков. 1945 год

Мне сложно представить, как он стоял там, в пустом школьном классе. Что там было? Сдвинутые в углу парты, лучи солнца в широких окнах, портрет Ленина на стенке, мерное тиканье часов? Дедушка постоял над мертвым телом. Он успел разглядеть совсем молодое мальчишеское лицо, светлые волосы. «Он был молодой, как я, — говорил дедушка. — Красивый. Только ниже ростом».

Не знаю, что делал дед тем вечером. Может, пил, может, плакал. Может, просто сидел молча в углу. Ночью к нему подошли двое солдат, мужики раза в два старше него. Обратились не по уставу: «Сынок... Ты это. Не бери на душу. Все мы через это прошли».

∗ ∗ ∗

Мой прадед, Николай Серяков, умер в день, когда должен был погибнуть мой дед.

Инфекционист, много лет проработавший в Калмыкии на эпидемиях чумы и холеры, с началом войны прадед был назначен одним из главных врачей Сталинградского фронта. В августе 1942-го на фронте началась эпидемия сыпного тифа. Прадед объезжал больных в военных частях вдоль линии фронта — и скоро понял, что заразился сам.

Большой начальник, известный врач, он имел право на служебную машину, но слишком хорошо знал, как заразен тиф. Он побоялся заразить шофера и других врачей и пошел в госпиталь пешком: в горячке, со сбивающимся дыханием, по сорокаградусной жаре. Его нашли недалеко от госпиталя, уже при смерти. Прадед умер, не дойдя совсем чуть-чуть.

В тот август мой 19-летний дедушка оканчивал пехотное училище в Астрахани, через несколько дней вместе со всем курсом его должны были отправить в Сталинград. Вместе с направлением на фронт дедушке пришла похоронка, отпуск дали всего на три дня. После похорон дедушка сам отправился к линии фронта: пешком, на попутках, из Астрахани в Сталинград. Командир полка недоверчиво взял в руки его документы. «Вы не можете быть в этой части. Этой части уже нет».

Оказалось, пока дедушка был на похоронах, его однокурсников отправили в бой. Не выжил никто.

∗ ∗ ∗

Мое детство прошло под рассказы бабушки. Приготовив ужин, убрав квартиру, насушив сухарей из каждого кусочка вчерашнего хлеба, бабушка садилась на кухне, разливала чай и рассказывала. Про то, как немцы расстреливали коммунистов. Как и вправду собирали по домам «млеко-яйки». Как заперли всех жителей деревни в сарае и подожгли бы, если бы не пришла Красная армия. Как бабушка заматывалась в грязные рваные платки, чтобы не быть изнасилованной. Как после оккупации ехала в свой университет на товарном (других не было) поезде, на металлической вагонной сцепке, и, доехав, не смогла разжать обмороженные пальцы, практически примерзшие к металлу.

Моя бабушка Галина, студентка мединститута

Бабушка никогда не плакала. Говорила она так, словно пересказывала кино. Дедушка не говорил ничего.

Рассказывать он начал незадолго до смерти: не мне, не дочери (моей маме), а ее мужу, моему отцу, офицеру, который ребенком застал войну. Папа запомнил историю о том, как дедушкин взвод брал в плен русского фашиста. Линия фронта тогда проходила просто по улице, так что из немецких укреплений на другой ее стороне были слышны команды на немецком. Однажды оттуда послышалась русская речь. Взвод дедушки выкрал русского немецкого офицера и привел к командиру. На первом же допросе тот спокойно и с достоинством рассказал, что родился в московской дворянской семье, в революцию эмигрировал с родителями в Германию. Всех его родных в России расстреляли большевики. На фронт он пошел мстить советской власти за них.

Допрос шел долго. В конце пленный сказал: у него нет иллюзий о том, что с ним будет, и он просит только две вещи: разрешить ему написать письмо родителям и вернуть изъятый пистолет, чтобы он решил свою судьбу сам.
Командир роты, пожилой школьный учитель, отлично понимал, что рискует штрафбатом или трибуналом. Но пистолет пленному отдал. В комнате, где того заперли, двадцать минут было тихо. Потом раздался выстрел.

Не знаю, как командир роты мог отправить письмо пленного в Германию. Дед был уверен, что тот это сделал.

∗ ∗ ∗

Перед смертью дедушка тяжело болел. Ему делали операцию, потом, срочно, другую. Он не боялся наркоза, шутил даже на хирургическом столе. Мы думали, дедушка просто скрывает свой страх, пока не сообразили: пехотинец, средний срок жизни которого на переднем крае был 2,5 месяца, он  понимал, что выжил только благодаря госпиталям.

Ранило деда трижды. Первый раз в Сталинграде — в позвоночник, очень тяжело. Парализованного, его вывезли из города последней баржей в сентябре 1942-го. Выписали через полгода, зимой 1943-го, чтобы отправить прямиком на Курскую дугу. Несколько месяцев — и снова: тяжелое ранение (перебитый плечевой нерв, не действующая рука), полгода госпиталей, операции, врачи. Выписка, Белорусский фронт, третье ранение под Варшавой, госпитали, операции, врачи…

Дедушка жалел, что из-за последнего ранения не дошел до Берлина. Остался в армии, но никогда больше не брал в руки оружие, закончил военный педагогический институт, пошел преподавать детям погибших солдат в суворовском училище, работу свою любил. Женился он вскоре после войны, счастливо. На враче.

Жизнь дедушка прожил долгую и — хочется верить — счастливую. Его звали Евгений Николаевич Серяков. Я им очень горжусь.

Поделиться

© Новая газета, 2016.
Все права защищены