Дега

Михаил Васильевич Заяшников. Честный солдат Второй мировой. Гвардии капитан

Мы с сестрой звали его Дега — ударение на «е». Дед запомнился светлым, добрым, веселым. То он изобретал «мокроступы», чтобы идти в них по лужам на дачу, то подкладывал вместе с нами фигурки из алюминиевой проволоки под тихоходный поезд, связывавший крохотный городок Свирск (это под Иркутском) с Черемхово — райцентром. Катал нас на мотоцикле ИЖ… Только потом я узнал, сколько у него тогда уже было болезней.

Парня из забайкальской деревни мобилизовали в 1942-м, направили в офицерское училище в Чите. Он стал командиром танка, провоевал от Курской дуги до Берлина, еще какое-то время оставался в Германии. Вернулся домой, женился, на свет появилась моя мама.

Летом мы ездили к деду и бабушке из Владивостока в Свирск. Это были 80-е. Мне нравилось рассматривать награды Деги. Если я спрашивал о войне — он рассказывал. Только вот что я успел спросить — в том малолетнем своем возрасте. И тем более — что успел запомнить.

Про воздушный бой, который он наблюдал с земли: наш сбил немца, а другой немец сбил нашего.

Когда уже вырос, всматривался в фотографии, документы… Снимки в основном оказались 1945–1946 годов — на фронте было не до того, а в Германии и время появилось, и, наверное, «лейки» какие-нибудь. Смотришь на фото — и не веришь, что этому мужчине всего-то 23 года. Пацан, по-нашему.

Михаил Васильевич Заяшников. Честный солдат Второй мировой. Гвардии капитан

Кто-то говорил, что Дега воевал на Т-34, а мне запомнилось его слово «Шерман». На единственной карточке, где он снят с танком, — действительно американский «Шерман», он же «эмча», с характерным высоким корпусом.

По благодарностям от главковерха, по обрывочным в прямом смысле слова документам выстраивается пунктир Дегиной войны: Белгород, Харьков, Кременчуг… Это Степной (будущий 2-й Украинский) фронт. Командовал им Конев, когда-то — комиссар 2-й Верхнеудинской стрелковой дивизии Народно-революционной армии Дальневосточной Республики. А дед мой и родился, строго говоря, как раз в ДВР.

Вспоминаю его рассказ про ранение — осколком мины, в спину, и как врач вместо анестезии дал спирта, и Дега пел песни, чтобы не кричать от боли.

Потом — польские, немецкие топонимы. Открытка 1918 года с изображением улицы Маршалковской в Варшаве с Дегиной подписью: «Посетил в январе 1945-го». Награды: «Отвага», «Боевые заслуги» — потускневшее серебро, довоенный еще дизайн. Медали за Варшаву и Берлин. «Красная Звезда» с облупившейся на одном лучике эмалью. «Отечественная война» 1985 года.

На сайте «Подвиг народа» подробностей выяснить не получилось. Там деда, похоже, перепутали с его родным братом, которого тоже звали Михаилом — так вышло. Указаны награды деда, а выписки из наградных документов относятся к его брату — связисту.

Маленькие люди, делавшие большую историю. Иностранцев они видели в прицел, путешествовали в Китай и Европу на танках, вместо магнитиков на холодильник привозили домой ордена.

Не думаю, что я, мирным образом посетивший десяток заграниц, счастливее или умнее их.

Вспоминая деда, ловлю себя на странном и ценном ощущении того, как все близко. История — вот она, рядом, какие там «шесть рукопожатий». Курск, Берлин, глобальная тектоника… — и частные жизни моих родных. Все тут, все наше.

Не знаю, как это будут ощущать мои дети.

…Михаил Васильевич Заяшников. Честный солдат Второй мировой. Гвардии капитан. Русский сибиряк с забайкальской азиатчинкой в глазах, которая еле-еле, но еще заметна и во мне.

Годы земной жизни Деги совпали с годами существования Советского Союза: 1922–1991. Появился на свет по одну сторону от Байкала, похоронен по другую.

Родился он в сентябре, едва ли не в День танкиста. А умер — в День Победы.

Поделиться

© Новая газета, 2016.
Все права защищены